В.И. Ленин – руководитель Великой Октябрьской социалистической революции. События Октября 1917 года глазами очевидцев

В.И. Ленин – руководитель Великой Октябрьской социалистической революции. События Октября 1917 года глазами очевидцев

Кто был он?- Вождь, земной Вожатый Народных воль, кем изменен Путь человечества, кем сжаты В один поток волны времен.

Октябрь лег в жизни новой эрой, Властней века разгородил, Чем все эпохи, чем все меры, Чем Ренессанс и дни Аттил.

Мир прежний сякнет, слаб и тленен; Мир новый — общий океан — Растет из бурь октябрьских: Ленин На рубеже, как великан

(Валерий Брюсов)

Имя Владимира Ильича Ленина неразрывно связано с Великим Октябрём 1917 года.

После буржуазно-демократической революции в феврале 1917 года Ленин идейно вооружил партию на борьбу за перерастание буржуазно-демократической революции в революцию социалистическую, разработал в своих Апрельских тезисах теоретически обоснованный, конкретный план перехода к социалистической революции. Ленин сделал новое гениальное открытие, доказав, что наилучшей государственной формой диктатуры пролетариата являются Советы. Это величайшее открытие в марксистской науке явилось результатом обобщения творчества народа, выдвинувшего в ходе двух русских революций новую политическую организацию — Советы. В знаменитых Апрельских тезисах Ленин писал: «Не парламентарная республика,- возвращение к ней от С. Р. Д. было бы шагом назад,- а республика Советов рабочих, батрацких и крестьянских депутатов по всей стране, снизу доверху» (1).

Выдвинув Советы как государственную форму диктатуры пролетариата, Ленин тем самым обогатил марксизм новым, исключительно важным теоретическим положением. В этот период большевистская партия выполнила труднейшую задачу завоевания большинства в рабочем классе, в Советах рабочих и солдатских депутатов, задачу привлечения на сторону социалистической революции миллионов трудящихся, укрепления союза рабочего класса с трудовым крестьянством для свержения власти империалистов и установления диктатуры пролетариата. В период подготовки Великой Октябрьской социалистической революции партия, руководимая Лениным, показала образцы мужества и героизма, мудрой тактики. Она сумела в сложнейших условиях последовательно провести революционную линию, рассчитанную на победу социалистической революции, предотвратить разгром революционных сил в июльские дни и повести их на решительную битву, когда для этого созрели условия. Созданная и выпестованная Лениным, обладающая величайшим мужеством, героизмом и опытом, тесно связанная с широкими массами трудящихся, готовая пойти на любые жертвы в интересах народа и Родины, Коммунистическая партия Советского Союза возглавила Великую Октябрьскую социалистическую революцию, открывшую новую эру в истории человечества.

Гениальный мастер революционного руководства Ленин с изумительной точностью выбрал момент победоносного вооруженного восстания, в результате которого была сметена власть помещиков и капиталистов и установлена диктатура пролетариата. Победа Октябрьской социалистической революции является триумфом ленинизма, мудрого ленинского руководства Коммунистической партии. Он лично разрабатывал план вооруженного восстания, а РСДРП(б) приступила к его практическому претворению в жизнь.

В. И. Ленин систематически встречался с представителями партии и ответственными работниками на местах, получая от них информацию на текущий момент, вникал во все детали организационной и военно-технической подготовки. 18 и 21 октября 1917 г. прошли гарнизонные совещания, а 22 октября был проведен День Петроградского Совета. Таким образом, пропаганда и агитация постоянно наращивались, армия революции росла и крепла день ото дня.

В военно-технической подготовке учитывался и такой важный урок прошлых революционных выступлений, как внезапность, необходимость захватить врага врасплох, сохраняя в полной тайне намеченный срок выступления. Значительную работу в этом направлении сделало специальное бюро, созданное ЦК РСДРП(б) 7 октября 1917 г. для информации по борьбе с контрреволюцией, во главе с Я. М. Свердловым. Средства массовой информации публиковали каждый день различные противоречивые сведения о возможном начале восстания, предполагаемых действиях большевиков, что вводило власть в лице Временного правительства в заблуждение.

Помешать революционному выступлению рабочих пытались и представители зарубежных стран. В связи с этим состоялась встреча посла США Д. Р. Френсиса с главой Временного правительства

А. Ф. Керенским. Проявлял активность в сплочении антиреволюционных сил и другой американский представитель, полковник У. Б. Томпсон. В Гатчину в период наступления реакции на Петербург прибыл представитель Франции генерал А.А. Ниссель. В ходе встречи А. Ф. Керенский просил у него «хоть один батальон» иностранных войск, с помощью которого можно было бы силой заставить Царскосельский и Петроградский гарнизоны повиноваться правительству (2).

В создавшейся обстановке как никогда важное значение имело укрепление единства, дальнейшее организационное и идеологическое сплочение партии как руководителя и организатора победы. Это являлось также одним из уроков революционных выступлений прошлого. Сплочение партии большевиков шло на основе принятых ЦК 10 и 16 октября 1917 г. резолюций о подготовке к вооруженному восстанию, предложенных Лениным. Их направили во все местные партийные организации. Преодолевая сопротивление представителей других партий и течений, большевики

укрепляли свои ряды, сплачивались воедино на основе ленинской постановки вопроса о вооруженном восстании.

Таким образом, партия большевиков создала все необходимые предпосылки для успешного проведения вооруженного восстания. Дальше медлить было нельзя. «Нельзя ждать!! Можно потерять все!! <…> решать дело сегодня непременно или ночью. История не простит промедления революционерам, которые могли победить сегодня (и наверняка победят сегодня), рискуя терять много завтра, рискуя потерять все. Правительство колеблется. Надо добить его во что бы то ни стало! Промедление в выступлении смерти подобно»

Вечером 24 октября 1917 г. В. И. Ленин прибыл в Смольный и лично возглавил дальнейший ход вооруженного восстания.

Реакция не заставила себя долго ждать. Корниловские офицеры с юнкерами попытались стянуть ударные батальоны к Петрограду и нанести удар по Совету рабочих и солдатских депутатов. Закрыли газеты «Рабочий путь» и «Солдат», опечатали типографии. Наступление реакции удалось предотвратить.

Но уже 7 ноября (25 октября) 1917 г. в Москве был создан Комитет спасения или, как его еще называли, Комитет общественной безопасности, развернувший активную борьбу против Советов, а 8 ноября (26 октября) в Петрограде члены Государственной думы, эсеры и меньшевики создали Комитет спасения Родины и революции, организовавший мятеж юнкеров. Контрреволюционные выступления подавили.

К утру 25 октября 1917 г. восстание в столице победило без всякого кровопролития. Власть перешла в руки Военно-революционного комитета. Глава Временного правительства А. Ф. Керенский бежал в Псков, рассчитывая двинуть стоявшие там войска на Петроград, но гарнизон Пскова оказался на стороне советской власти.

В 10 часов утра 25 октября Военно-революционный комитет опубликовал написанное В. И. Лениным воззвание «К гражданам России» о низложении Временного правительства и переходе власти Советам. Таким образом, еще до начала работы II Съезда Советов делегатов поставили перед фактом свержения Временного правительства, и съезд принял из рук Военно-революционного комитета права высшего органа государственной власти в стране. Дальнейшие решения обусловливались тем, что большинство депутатов на съезде были большевиками.

II Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов 8 ноября (26 октября) 1917 г. принял первые документы, на основе которых впоследствии строилась вся работа; это «Декрет о мире», «Декрет о земле» и постановление «Об образовании рабочего и крестьянского правительства» (до созыва Учредительного собрания). Правительство назвали Советом народных комиссаров. Контроль за деятельностью правительства поручался Всероссийскому съезду советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов и его Центральному исполнительному комитету.

А вот что говорят о тех событиях очевидцы.

Г. Левченко, командир носового плутонгового орудия на эсминце «Забияка»:

25 октября около 19 часов миноносцы «Забияка» и «Самсон» пришвартовались к плавучей пристани у левого берега Невы, вблизи Николаевского моста. С «Авроры» был передан семафор: «Председателям судовых комитетов «Забияки» и «Самсона» после швартовки их к стенке прибыть на крейсер «Аврору».

К левому борту миноносца «Забияка» начал швартоваться миноносец «Самсон». Оба корабля якорей не отдавали, швартовались тросами к береговым креплениям, так как якоря могли повредить подводные кабели.

Белышев по-братски обнял председателя судового комитета «Забияки» Василия Заикина, знакомого по встречам в Центробалте.

— С прибытием! — сказал Белышев.

— С началом! — поздравил Заикин…

Всеми своими мачтами «Аврора» словно вслушивалась в тишину.

Дождь прекратился. Облака поднялись выше, раздвинулись, отступили.

Шальной или преднамеренный выстрел — попробуй определи! — напомнил, что рядом враг. Выстрел раздался со стороны Васильевского острова, пуля рикошетировала, звякнув о левый борт у полубака.

Задраили иллюминаторы броневыми крышками.

В 21 час сигнал боевой тревоги всколыхнул крейсер. Едва горнист выдохнул последние звуки, матросы заняли места по расписанию.

На мостике — судовой комитет. Белышев не отрывает от глаз бинокля, вглядываясь в неподвижную мглу Петропавловской крепости.

Для надежности сигнальщики дежурят на набережной, откуда крепость и шпиль отлично просматриваются. Но и они не видят заветного красного фонаря.

Баковое орудие заряжено холостым зарядом. Десятый час. Что же случилось?

Мичман Соколов поглядывает на часы, недоуменно подергивая плечами. Огромный, молчаливый комендор Евдоким Огнев внешне невозмутим. Он стоит, широко расставив ноги. Лишь желваки ходят на щеках.

Белышев нервничает. Задержка неожиданна, непонятна и, как все непонятное, тревожит. Стрелки ползут: 21 час 15 минут, 21 час 35 минут.

Может быть, Временное правительство сдалось без боя? Почему же такая тишина? Почему — ни посыльных, ни известий? Почему Петропавловская крепость словно растворилась во мраке? Ни огонька!

Между тем Петропавловку объяла та тишина, которая предшествует буре. Получив из частей, выделенных для штурма Зимнего, рапорт о боевой готовности, в крепости зарядили и выдвинули для боя орудия. Оставалось дать сигнал для выстрела «Авроры». Его ждали замершие перед броском войска на Дворцовой площади.

Г. Благонравов, комиссар Петропавловской крепости:

Стемнело. Непредвиденное и мелкое обстоятельство нарушило наш план: не оказалось фонаря для сигнала. После долгих поисков таковой нашли, но водрузить его на мачту так, чтобы он был хорошо виден, представляло большие трудности…

21 час 40 минут. Сигнальщики с набережной замигали фонариками. Это означало: над Петропавловской крепостью пополз вверх воспаленно-красный сигнальный фонарь.

— Прожекторы на Зимний!

Белышев не узнал своего голоса — такой он был властный.

Световая лавина обрушилась на торцовые окна дворца. Вслед за «Авророй» вспыхнули прожекторы на «Амуре», «Забияке», перечеркнули огненными полосами небо, уперлись в стены домов, заскользили по Зимнему.

— Слушай мою команду! — Белышев напряг голос. — Носовое — огонь!

Яркая вспышка озарила темный силуэт комендора и его расчета, полыхнула, вырвав из мглы полнеба. Громовой раскат, удаляясь, пронесся над Петроградом…

Опоясанные лентами кронштадтцы, порывистые красногвардейцы, солдаты в серых папахах подымались с мокрых осенних мостовых и, не кланяясь пулям, шли на приступ дворца. Поленницы, выложенные перед дворцом, вздрагивали от залпов.

Александр Бычков, матрос десантного отряда авроровцев, участвовавших в штурме Зимнего:

На Дворцовой площади не смолкала перестрелка. Мы лежали на стылой брусчатке. Холод пронизывал, прошел сквозь бушлаты. Из-за баррикад, сложенных из бревен, стреляли юнкера. Временами в ружейный разнобой врывалась пулеметная скороговорка. Застрекочет и захлебнется.

Холод и нетерпение подхлестывали нас, хотелось поскорее подняться на штурм дворца, из окон которого сверкали огни. Там горели люстры, было тепло, а мы лежали злые как черти — полумрак, стынь, по брусчатке пули цокают, искры высекают. Того и гляди продырявят череп…

— Чего ждем! — гремел справа от меня Константин Душенов. — Шугануть бы их, чтоб знали наших!

— Потерпи, скоро! — отзывался Александр Неволин, получивший строгий приказ до сигнала «Авроры» не подыматься, не лезть под пули очертя голову.

И наконец дождались. Ахнула наша шестидюймовка так, что дрогнула Дворцовая площадь. Жаль, из-за громады Адмиралтейства не видели мы ни крейсера, ни орудийной вспышки, но голос «Авроры» услышали все. И всех словно кто локтем подтолкнул: разом, без команд, без приказов вскочили, поднялись в рост, и покатилось «ур-а-а-а» — долгое, нескончаемое, тысячегорлое.

Вскакивая, успел я пальнуть по поленнице юнкеров, видел, что соседи мои — Душенов и Подольский — тоже успели выстрелить, а дальше уже не до стрельбы было: слева, справа, впереди — везде свои.

Порыв такой лихой, такой стремительный был, что забыли про опасность, про вражьи пули, на одном дыхании к баррикадам цепи наши, как волны, нахлынули.

Поленья мокрые, скользят, рушатся. Душенов нагнулся, кричит: «Давай!» Разъяснять не надо — вскочил на спину, оттуда вверх и спрыгнул по другую сторону баррикад.

Юнкеров и ударниц как ветром сдуло. Винтовки брошены, пулемет брошен, а их и след простыл. А впереди, разливая свет из окон, Зимний.

— Вперед, братки! — закричал Неволин. — Добьем контру!»

Александр Неволин, командир десантного отряда авроровцев, участвовавших в штурме Зимнего:

Ворвались во дворец. В сумрачном коридоре пахло порохом и сухой известковой пылью. Пыль щекотала горло, слепила глаза, неприятно хрустела на зубах. Разгоряченные люди бежали по коридору мимо мраморных комнат, золоченых залов, огромных зеркал. Из-за бархатных портьер глухо звучали одиночные выстрелы. То вела огонь охрана дворца. Быстро разоружили ее…

По лабиринту коридоров и комнат движемся дальше. В темных углах, под диванами, за драпировками вылавливаем перепуганных безусых мальчишек в юнкерских мундирах и фуражках.

В одном из коридоров повстречали Антонова-Овсеенко с группой красногвардейцев и матросов. Узнав авроровцев, он крикнул:

— Быстрее сюда, товарищи!

Под его командой отправились на розыски засевших министров Временного правительства…

В. А. Антонов-Овсеенко:

Обширные залы скудно освещены… Зияет в одном пробоина от трехдюймовки. Повсюду матрацы, оружие, остатки баррикад, огрызки.

Юнкера и какие-то еще военные сдавались…

Но вот в обширном зале, у порога, — их неподвижный четкий ряд с ружьями на изготовку.

Осаждавшие замялись в дверях… Подходим с Чудновским к этой горсти юнцов, последней гвардии Временного правительства. Они как бы окаменели. С трудом вырываем винтовки из их рук.

— Здесь Временное правительство?

— Здесь, здесь! — заюлил какой-то юнкер. — Я ваш, — шепнул он мне.

Но у порога (из зала направо) — новая стена юнкеров, уже дрожащая, растерянная… И внезапно — юркая, подвижная сюртучная фигура:

— Что вы делаете?! Разве не знаете? Наши только что договорились с вашими. Сюда идет депутация городской думы и Совета с Прокоповичем с красным фонарем! Сейчас будут здесь.

Юнкера колыхнулись.

— Вы арестованы, господин Пальчинский, — режет Чудновский, хватая за грудь «генерал-губернатора»…

…Через коридор. В небольшой угловой комнате.

…Вот оно — правительство временщиков, последнее буржуйское правительство на Руси. Застыли за столом, сливаясь в одно трепетное бледное пятно.

— Именем Военно-революционного комитета объявляю вас арестованными.

— Что там! Кончить их!.. Бей!

— К порядку! Здесь распоряжается Военно-революционный комитет!

«Неизвестные» оттеснены…

— А Керенский?! — выкрикивает кто-то.

Диктатора нет. Сбежал!..

— Где премьер?! Кто-то (Гвоздев?) шелестит:

— Уехал еще утром!

— Куда?!

Молчание.

«А туда-то!» Грохает о паркет чей-то приклад.

«Министры» переписаны. Отобраны документы. Тринадцать… Комплект…

Спешно сформирован караул. Оставляю Чудновского комендантом дворца… Выводим «министров»…

Таяла над Россией последняя ночь старого мира. Ленину доложили: приспешники Керенского заключены в Петропавловку.

Николай Подвойский, председатель ВРК:

Владимир Ильич молча выслушал сообщение о том, что Временное правительство арестовано и находится в крепости, и сейчас же отправился в свою комнату в Смольном. Сел на стул и, положив на колени книгу, стал писать декрет о земле.

Все были охвачены волнением по поводу взятия власти, а Владимир Ильич уже думал о завтрашнем дне: если завтра утром не будет декрета, то следующий шаг не будет сделан. В таком виде я и застал его, когда приехал в Смольный расставлять караулы… (3)

Литература:

1. Малапарте К. Техника государственного переворота. Пер. с итал. Кулиш Н. М.: Аграф; 1988.

2. Архив русской революции. В 22 т. /М.: ТЕРРА; Политиздат; 1991.

3. Ленин В. И. Советы постороннего. Документы Великой октябрьской социалистической революции. М. : ОГИЗ — Госполитиздат; 1942

4. Ленин В. И. Полное собрание сочинений М.: Издательство политической литературы; 1967-1981(22)

5. Чернов Ю.М. Судьба высокая «Авроры». М.: Политиздат, 1983

Информацию подготовил Д.О. Милюков, член Рязанского обкома КПРФ, член бюро Железнодорожного РК КПРФ, депутат Рязанской городской Думы

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *